назад
18 сентября 2016 17:55 /

Как перестать бояться и полюбить банковскую гарантию – рекомендации ВС в деле Эрмитажа

Экономколлегия ВС еще раз напомнила судам о независимости банковской гарантии от основного обязательства – теперь на примере спора по иску Эрмитажа. Подробности дела, мнение ВС, а также рассуждения юристов, почему «проблема» независимости банковской гарантии до сих пор проблема – на Право.ru.

Банковская гарантия представляет из себя письменное обещание банка заплатить организации за третье лицо, если последнее не исполнит свои обязательства (банк в таком случае называют гарантом, того, за кого выдается гарантия, – принципалом, а получателя выплаты по гарантии – бенефициаром). В 2015 году пакет изменений в ГК позволил выступать гарантом любой коммерческой организации, и такая гарантия в более широком смысле стала называться независимой.

Ведь особенность этой сделки как раз и заключается в ее самостоятельности, независимости от основного обязательства, которое она обеспечивает (ст. 370 Гражданского кодекса). А достигается это благодаря исчерпывающим основаниям для отказа бенефициару в платеже, которые установлены законом. Первое из них – если само требование о выплате или приложенные к нему документы не соответствуют условиям гарантии. Второе – закончился срок ее действия.  

В России банковские гарантии широко используются для обеспечения государственных контрактов. Однако часто банки отказывают в выплатах необоснованно, что вынуждает компании идти в суды. Правда, и там их могут ждать сложности и по уже давно, казалось бы, разрешенному вопросу – о независимости банковской гарантии от основного обязательства.

Еще в 2012 году Президиум Высшего арбитражного суда РФ высказывался по этому поводу (в частности, в споре с участием Бинбанка, дело № A40-63658-2011). Основаниями к отказу в удовлетворении требования бенефициара о выплате по гарантии могут служить исключительно обстоятельства, связанные с несоблюдением условий самой гарантии, обращалось тогда внимание. Исходя из этого акцент на доказательствах фактического неисполнения основного обязательства суды делать не должны, но тем не менее до сих пор не могут от этого отказаться. А их ошибки исправляет теперь экономическая коллегия Верховного суда РФ (КЭС).

«За два года в ВС было рассмотрено не менее 12 дел, посвященных толкованию норм о банковской гарантии», – рассказывает Юлий Тай, управляющий партнер АБ «Бартолиус». И как минимум два из них касались принципа независимости банковской гарантии от основного обязательства (см., например, № А56-78718/2012, № А40-134952/2012). «Вопрос этот не является таким уж сложным, но по какой-то почти необъяснимой причине абстрактность этого вида обязательства непривычна для юристов, особенно тех, кто больше любит справедливость, а не законность», – рассуждает Тай и указывает на такую закономерность: как правило, именно кассационная инстанция не разделяет доводы об абстрактности банковской гарантии.

Эх, раз, да ещё раз, да ещё много, много раз…

Совсем недавно по поводу независимости банковской гарантии КЭС высказалась в деле, примечательном своим участником, – музеем «Эрмитаж» (№ А40-26782/2015). Спор касался строительства фондохранилища для музея, в обеспечение которого АКБ «Военно-промышленный банк» и выдал Эрмитажу банковскую гарантию на 643 млн руб. Подрядчик по госконтракту – ООО «Эскиз» – нарушил срок работ еще на начальной стадии (по установке водопровода и канализации), пени платить не захотел, и музей попросил банк сделать выплату по гарантии в размере этой неустойки (18,6 млн руб.). Но получил отказ без объяснения причин.

Эрмитаж не подтвердил факт нарушения «Эскизом» обязательств, а также размер неустойки, такое объяснение дал банк уже в суде. Кроме того, требование не соответствовало условиям гарантии: там не было приложений к Техзаданию. АСГМ все эти доводы отклонил и иск Эрмитажа удовлетворил, напомнив про независимую природу гарантии и отдельно обратив внимание на тот факт, что приложением к Техзаданию является, например, проектная документация в несколько тысяч томов. “То есть очевидно, что заверенные печатью [ее] копии физически не могли быть приложены к требованию”, – говорится в решении суда. 9-й ААС оставил его в силе.

Но неожиданную позицию высказала кассационная коллегия АС Московского округа (Ирина Чалбышева, Дмитрий Дзюба и Андрей Новоселов), отправив спор на новый круг: нижестоящие суды не установили срок, по истечении которого подрядчик мог быть привлечен к ответственности, нет в их актах и подтверждения согласования графика спорных работ. Более того, судьям кассации показалось странным требование Эрмитажа выплатить неустойку за нарушение не всего этапа работ, а лишь его «подэтапа» (АСГМ и 9-й ААС ссылались по этому поводу на ст. 708 ГК, где установлена ответственность подрядчика в том числе и за нарушение промежуточных сроков).

Это постановление окружной кассации судьи КЭС (Иван Разумов, Елена Зарубина и Олег Шилохвост) отменили.

"Институт банковской гарантии направлен на обеспечение бенефициару возможности получить исполнение максимально быстро, не опасаясь возражений принципала-должника,"

– сразу напомнила «тройка» в недавно опубликованном определении. Все условия гарантии АСГМ проанализировал, рассуждали судьи КЭС, Эрмитаж доказывать нарушения не должен был, а банк вдаваться в их подробности вообще не имел права. Что же касается сомнения кассации округа относительно «подэтапа» работ, то никаких оснований для этого не было. Из текста банковской гарантии не усматривается, что банк принял на себя обязательство отвечать за подрядчика только при условии нарушения им конечного срока, пояснила КЭС. 

Устоявшаяся, но не единообразная

Определение ВС по делу Эрмитажа отражает тенденцию по укреплению принципа независимости банковской гарантии, комментирует спор Максим Кульков, управляющий партнер «Кульков, Колотилов и партнеры». А существующая до сих пор (несмотря на позицию ВС и ВАС) противоречивая судебная практика по этому вопросу, предполагает юрист, может быть вызвана исключением из общего принципа независимости банковских гарантий – когда недобросовестный бенефициар в целях собственного неосновательного обогащения требует платежа от гаранта при отсутствии обеспечиваемого обязательства (информационное письмо Президиума ВАС от 15 января 1998 года № 27). В этом случае в иске бенефициару можно отказать на основании ст. 10 ГК, но при этом доказать злоупотребление должен гарант.

«Сложность заключается в том, что для оценки аргумента о недобросовестности бенефициара суды должны вникнуть в существо основного обязательства, а в силу принципа независимости банковской гарантии они так поступать не могут», – поясняет Кульков. Поэтому, на его взгляд, оценка аргумента о недобросовестности бенефициара должна быть достаточно жесткой:

"То есть гарант обязан предъявить очень веские аргументы, чтобы сподвигнуть суд начать исследовать обстоятельства исполнения основного обязательства."

По мнению Кулькова, пока четкие критерии такого «теста» не будут разработаны, единообразия судебной практики добиться будет сложно.

Еще об одной стороне проблемы рассказывает Сергей Коновалов, юрист практики разрешения споров «Nektorov, Saveliev & Partners»: "Случается так, что гарант и принципал, действуя сообща, придумывают различные процессуальные стратегии, которые затягивают рассмотрение спора". А это нивелирует главную ценность банковской гарантии – получение денежных средств максимально быстро. Примером таких “процессуальных стратегий” является, например, инициирование принципалом производства по "оспариванию" основного обязательства и последующее приостановление производства о взыскании суммы по гарантии или принятие обеспечительных мер, указывает Коновалов. Именно поэтому принцип независимости банковской гарантии особенно важен – чтобы суды в деле о взыскании выплаты не вдавались в обстоятельства, связанные с исполнением или неисполнением основного обязательства.

Вера Рихтерман, советник АБ «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры», напоминает также об указании судов на необходимость толковать условия банковской гарантии в пользу бенефициара, «поскольку банки являются субъектами, осуществляющими профессиональную деятельность на финансовом рынке». По этому поводу также ранее высказывались и ВАС, и КЭС – см. «Обзор "Право.ru": три дела, в которых экономколлегия ВС применила разъяснения ВАС о свободе договора».

"С учётом устоявшейся практики в пользу бенефициара такой способ обеспечения обязательств, как банковская гарантия, станет намного дороже для принципала, – считает Коновалов, – особенно в условиях кризиса, когда принципалы массово не исполняют свои обязательства, в том числе и по госконтрактам".

Автор: Алина Михалёва

Источник: ПРАВО. RU



вверх