назад
10 июля 2016 12:35 / Москва

Типология института адвокатуры. Адвокатура в Европе и США


В прошлом номере журнала была опубликована статья адвоката кандидата юридических наук С.А. Деханова "Адвокатура Древнего Востока, Греции и Рима". В этом номере вашему вниманию предлагается продолжение исследования того же автора, в котором сравниваются уже современные системы организации адвокатуры.

Отправление правосудия требует не только судей, на которых возлагается обязанность выносить решения по рассматриваемым делам, но и опытных правозащитников-адвокатов, которым стороны поручают защиту своих интересов. Так, по крайней мере, обстоит дело во всяком современном цивилизованном обществе.

Франция

Во Франции долгое время существовало разделение труда между адвокатом (avocat) и стряпчим (avoue). Эти две профессии слились в новую профессию адвоката в связи с принятием закона от 31 декабря 1971 г. Остановимся на старой системе, так как без ознакомления с ней нормы, регулирующие деятельность французских адвокатов сейчас, останутся непонятными.

До 1971 г. адвокатом во Франции считался юрист, выступающий в суде с устной защитительной речью в интересах одной из сторон. Стряпчий же вел письменную работу по делу. Он готовил все необходимые документы по делу: исковое заявление или жалобу, возражение на исковое заявление процессуального оппонента, готовил и направлял различного рода ходатайства и другие необходимые процессуальные документы. Делом же адвоката было защита интересов клиента непосредственно в суде. Адвокат и стряпчий были монополистами каждый в своей области. В отличие от адвоката, стряпчий не был представителем свободной профессии. Подобно нотариусу, стряпчий являлся должностным лицом, положение которого мало отличалось от общего статуса чиновника. Более всего чиновничий характер этой профессии проявлялся в том, что каждому суду разрешалось иметь строго ограниченное число стряпчих. Кандидат на эту должность мог быть назначен министром юстиции только после того, как тот был представлен ему в качестве преемника уходящим в отставку стряпчим или его наследником. Как правило, за исключением передачи должности стряпчего по наследству, в основе этих отношений находился договор купли-продажи должности. Необходимо заметить, что процесс занятия должности нотариуса во Франции и Бельгии и теперь регулируется сходным образом.

Четкое разделение обязанностей адвоката и стряпчего объясняется просто. В сознании французов долгое время господствовало убеждение, что стряпчий должен был быть знающим и опытным практиком, искушенным в технических деталях процессуального права. В задачу адвоката входило устное выступление в суде с изложением существа иска и правовых материалов, а это требует особого дара красноречия и больших теоретических знаний. Различие между фигурами адвоката и стряпчего выражалось еще и в том, что стряпчий действовал как представитель своего клиента, от его имени и был связан договором, в силу которого получал вознаграждение за оказанные услуги. Адвокат же действовал от собственного имени, защищал клиента по собственной воле, не был с ним связан договорными обязательствами, а его гонорар представлял собой не плату за услуги, а подарок клиента, который последний передавал добровольно в знак благодарности и признательности. Долгое время гонорар не рассматривался как плата за оказанные профессиональные услуги. И только в 1957 г. легальным путем было признано право адвокатов взыскивать гонорар в судебном порядке*(1). С принятием закона 1971 г. стало невозможно считать гонорар адвоката подарком клиента, а не платой за услуги.

Традиционное разделение адвокатских функций на "письменные" и "устные" подвергалось острой критике. Клиенты не понимали, почему их должны обслуживать два специалиста даже по самому заурядному делу. Подобное положение удлиняло процесс, делало его более дорогостоящим. Кроме того, разделение обязанностей между адвокатом и стряпчим по ведению дела создавало и другие трудности, поскольку сбор и письменное представление материалов было непрактично осуществлять без выявления судебных перспектив дела. Именно поэтому уже задолго до принятия закона 1971 г. французские адвокаты перестали строго соблюдать принцип разделения труда, а после вступления этого закона в силу прежнее разделение труда осталось только в Апелляционном суде.

Все остальные суды стали пользоваться услугами новых адвокатов. Каждый из них единолично ведет каждую стадию процесса - от подготовки всех необходимых материалов дела до выступления в суде. Обычный адвокат не может выступать перед Апелляционным судом и Государственным Советом: в этих судебных инстанциях право ведения процесса зарезервировано за специальной группой адвокатов, которые рассматриваются не как представители свободной профессии, а, подобно бывшим стряпчим, как государственные служащие*(2).

Как ранее стряпчий, адвокат ныне получает вознаграждение по строго установленным государством ставкам за техническую подготовку дела к судебному разбирательству. Гонорар же за консультации и выступление в суде он может свободно согласовывать со свои клиентом, как прежде это делал адвокат в соответствии со старой системой.

Традиционно адвокатам Франции было несвойственно образовывать профессиональные объединения, это противоречило сословным традициям. Однако с 1954 г. ситуация стала постепенно меняться. Особенно заметно это стало после 1971 г., когда была разрешена деятельность подобных адвокатских объединений. К таковым относятся различные формы совместной деятельности адвокатских контор, адвокатских ассоциаций. Стали создаваться также гражданско-правовые товарищества, наделяемые правосубъектностью, с собственным фирменным наименованием и капиталом. Однако при этом сохраняется неограниченная личная ответственность всех адвокатов- членов товарищества*(3).

Порядок вступления в адвокатское сообщество таков. Каждый молодой человек с высшим юридическим образованием, получивший степень мастера (преподавателя) права и свидетельство о профессиональной пригодности и успешно сдавший экзамен по спецкурсу "адвокатура", требования которого разрабатываются юридическим факультетом университета и коллегией адвокатов, становится стажером. Обучение стажеров осуществляется коллегией адвокатов. Коллегии имеют богатые профессиональные традиции и создаются и действуют при апелляционных судах и судах высших инстанций. Коллегии наделены правом самостоятельно разрабатывать собственные кодексы поведения. Стажер практикуется в течение 3-5 лет в одной из адвокатских контор. По окончании стажировки молодой адвокат без экзамена вносится в списки коллегии адвокатов и тем самым получает право на адвокатскую практику во всех французских судах, за исключением Апелляционного суда и Государственного совета.

Наиболее известным сообществом адвокатов во Франции является Парижский "Орден", основанный еще в XVII в. Число его членов достигает 7000 человек. Бюджет "Ордена" исчисляется примерно в 100 млн франков. Организация имеет 12 вспомогательных служб, которые целиком в распоряжении адвокатов.

Система самоуправления адвокатов Франции на общенациональном уровне дополняется Советом Коллегий адвокатов. Он является юридическим лицом и представляет адвокатов в государственных органах, следит за соблюдением норм и обычаев адвокатской деятельности.

Германия

Основная разница между французским и немецким типами адвокатуры в том, что если для Франции наиболее типичным является юрист - адвокат, выступающий с защитительной речью перед судом, то в Германии идеалом юриста является доктор права. Нельзя забывать и о "вечной" профессии нотариуса. Немецкие нотариусы чрезвычайно высоко оценивают свой статус и не признают над собой превосходства немецких профессоров. Объясняется это очень просто: в благополучной Германии (так же, впрочем, как и в не менее благополучной Франции) получить место нотариуса весьма непросто, но уж если претендент становится нотариусом, он может быть уверен, что будет обеспечен работой на всю жизнь (если только не произойдет нечто чрезвычайное). В Германии и Франции нотариус просто обречен на высокие доходы и соответствующий доходам образ жизни.

Профессор в Германии - лицо, пользующееся в обществе чрезвычайным уважением. Доступ в аспирантуру по юридическим специальностям весьма непрост: большую роль играет не только талант будущего ученого, но и его "научная родословная". По данным социологических исследований на шкале профессионального престижа профессора занимают одно из самых высоких мест (78 пунктов из 100 возможных), оставляя далеко позади банкиров (72 пункта), врачей (74) и даже министров (69). Судьи и адвокаты следуют в этом рейтинге сразу за профессорами и имеют одинаковый показатель - 76 пунктов.

Немецких судей отличает высокий профессионализм и трудно уловимое, но все же ощутимое высокомерие по отношению к адвокатам.

При этом авторы известного труда К.Цвайгерт и Х.Кетц*(4) полагают, что ни в Германии, ни во Франции нет такого типа мудрого судьи, который столь характерен для англо-американской системы.

Аналогичные социологические исследования в России позволяют сделать вывод о том, что профессия юриста в целом занимает в рейтинге предпочтений 4-5 место, что объясняется разнообразием сфер приложения юридических знаний и, как следствие - неоднородностью такой обширной профессиональной группы, как юристы.

Для того чтобы понять, в каких условиях приходится трудиться немецкому адвокату, следует прежде изложить два принципиально важных положения, касающихся, во-первых, устройства судебной системы Германии и, во-вторых, порядка получения юридического образования, поскольку иначе нелегко понять и оценить своеобразие адвокатского труда в этой стране.

Начнем с освещения вопроса системы подготовки немецких юристов. Каждый молодой человек, получивший аттестат об окончании гимназии (именно гимназии, а не Realschule)*(5) имеет право поступить на юридический факультет университета. Приемная комиссия университета организует конкурс аттестатов. В первую очередь поступают те, у кого аттестат с высокими баллами. Выпускники гимназий, у которых средний балл аттестата не очень высокий, вынуждены ждать своей очереди на зачисление в университет. Как правило, это ожидание длится три - четыре года. Поступив в университет, студент должен проучиться не менее семи семестров, из которых не менее четырех семестров должны приходиться на обучение в одном из университетов Германии. Далее необходимо сдать первый государственный экзамен и пройти двухгодичную стажировку по так называемой программе референдариата. Эта программа предполагает обязательную стажировку в государственных, частных и общественных учреждениях, в которых референдар должен приобрести практические навыки в различных отраслях права. И лишь после этого - второй государственный экзамен, в случае успешной сдачи которого молодой юрист получает формальный доступ к любым юридическим профессиям, включая и судейскую должность. Уточним: сдача второго государственного экзамена автоматически дает право занятия должности судьи, о чем выдается соответствующее свидетельство.

Таким образом, если во Франции, Бельгии, некоторых других странах юристы, желающие посвятить свою жизнь адвокатской профессии или профессии судьи, должны сдать дополнительный экзамен и пройти обучение, а в Голландии обучение судейскому делу после окончания университета продолжается достаточно долгое время, то в Германии после сдачи второго экзамена больше ничего сдавать не нужно.

Итак, первым условием для подачи заявления в Адвокатскую палату на право заниматься адвокатской деятельностью, является сдача второго государственного экзамена и получение свидетельства на право доступа к должности судьи. Адвокатские палаты (коллегии) образуются по территориальному принципу, привязанному к сфере действия Верховного суда (Окружного суда) той или иной земли (субъекта Федерации). Все Адвокатские палаты Германии входят в Федеральную Палату адвокатов Германии. Количество Окружных судов варьируется в зависимости от величины Земли, в которой они функционируют (как правило, одна Земля - один Окружной суд). Кроме того, в Германии действует один достаточно оригинальный принцип, согласно которому адвокат одновременно может быть допущен для работы только в двух судах - в одном конкретном суде первой инстанции (Amtsgericht) и Земельном Суде (Landesgericht). Если адвокатский стаж конкретного адвоката превышает пять лет, он может ходатайствовать о его допуске для работы в Окружном Суде (Oberlandesgericht), а если десять лет - в Федеральном суде.

Судебная система Германии выглядит следующим образом:

1. Федеральный конституционный Суд Германии (расположен в Карлсруе). Состоит из двух сенатов, в каждом из которых заседают по семь профессиональных судей. Земли также имеют право образовывать свои конституционные суды. В Земле Шлезвиг-Гольштейн нет собственного Конституционного суда, а его функции выполняет Федеральный конституционный Суд Германии.

2. Система судов общей юрисдикции, в которую входят:

2.1. Федеральный Суд Германии. Состоит из двух палат: по гражданским и по уголовным делам. В палате по гражданским делам функционирует 12 сенатов, по пять судей в каждом сенате; в палате по уголовным делам - 5 сенатов, по пять судей в каждом.

2.2. Верховные Земельные суды (Окружные суды) (Oberlandesgericht). Данные суды состоят из двух палат по уголовным и по гражданским делам. В каждом судебном составе сената по 3 профессиональных судьи.

2.3. Земельные суды. Состоят из двух палат - по гражданским и по уголовным делам. В палате по гражданским делам дополнительно образована палата по торговым делам, где заседает один профессиональный судья и два заседателя, как правило, известные коммерсанты.

2.4. Суды первой инстанции (Amtsgericht). Гражданские дела разбираются одним профессиональным судьей, уголовные - в зависимости от категории дел, одним профессиональным судьей или одним судей и двумя заседателями.

3. Федеральный Административный суд Германии (расположен в Берлине).

4. Федеральный суд по трудовым спорам (расположен в Касселе).

5. Федеральный Социальный Суд (расположен в Касселе).

6. Федеральная Финансовая Палата (расположена в Мюнхене).

Достаточно своеобразно выглядит процедура рассмотрения дел. Дело в первой инстанции слушается Адвокатской Палатой. В качестве второй инстанции выступает Сенат Окружного суда, состоящий из трех адвокатов и двух профессиональных судей. Сенат Федерального суда Германии образует кассационную инстанцию в составе: Председателя Федерального суда Германии, 3 судей Федерального суда Германии и 3 адвокатов.

Адвокат, который приобрел достаточные теоретические знания и практические навыки, может к своему основному статусу добавить приставку "спецадвокат" и быть допущенным к работе по делам, рассматриваемым административными судами, судами по трудовым спорам, Социальным судом, Финансовой палатой. Для получения такого статуса необходимо иметь двухгодичный адвокатский стаж и самостоятельно правильно решить определенное число юридических казусов (как правило 50-80 казусов).

За свои услуги, оказываемые клиентам, немецкие адвокаты получают гонорар, размер которого детально урегулирован законом от 26 июля 1957 г.*(6)

Как известно, Основной Закон ФРГ 1949 г. квалифицирует немецкое государство как социальное государство. Это проявляется и в том, что любой немецкий гражданин, если он представит сведения о своей материальной несостоятельности, получает финансовую помощь от государства.

В эпоху глобализации экономики, когда львиная часть извлекаемых доходов приходится на сделки в сфере покупки-продажи компаний, было бы неестественным, если бы адвокаты ведущих европейских стран, США, Канады, Японии, ограничивали свой "бизнес" рамками одной страны. Поэтому достаточно распространенной является практика, когда ведущие юридические фирмы создают свои отделения за рубежом. Для немецких адвокатов данное правомочие базируется на федеральном законе от 16 августа 1980 г., принятого во исполнение решения Совета Европы от 22 марта 1977 г. Процедура допуска европейских адвокатов с целью оказания разнообразных юридических услуг в Германии обычная: необходимо доказать свою принадлежность к адвокатскому сообществу своей страны и получить разрешение Федеральной Палаты адвокатов Германии.

По смыслу закона, профессия адвоката в Германии отнесена к категории свободных профессий (врачи, художники). Адвокат не занимается бизнесом, а оказывает услуги, за которые получает гонорар.

Идеальными качествами немецкого юриста считаются основательность, точность, систематичность, склонность к научным дискуссиям, построению различного рода юридических конструкций, опосредующих многообразные явления жизни. Идеальные черты французского адвоката и судьи другие - ясность и лапидарность в выражении своих мыслей, красноречие, стиль, выразительность, форма. Французский юрист презирает педантизм, мелочные ученые дрязги, которые не способствуют решению научных проблем. По оценке К. Цвайгерта и Х. Кетца, немецкий юрист обожает рядиться в тогу учености и углублять свои знания. Это особенно бросается в глаза при сравнении стилевых особенностей решений немецких и французских судов: в первом случае пространные, похожие на учебное пособие, с множеством цитат в обосновательной части, решения немецких федеральных судов высшей инстанции, во втором- лапидарные, склеенные заплатами в"виду того, что:" решения французского Апелляционного суда. Отмеченные различия сказываются также на особенностях юридического языка, с которым приходится сталкиваться в обеих странах*(7).

Во Франции юридический профессиональный язык имеет очень узкую сферу применения, французский юрист пишет просто и нередко блестяще и умеет элегантно формулировать свои мысли. В Германии же, наоборот, юридический язык развит настолько, что в нем трудность восприятия выдается за глубокомыслие. В свете сказанного становится понятным, почему во Франции смелее, чем в Германии, включают право в число общеобразовательных предметов и почему француз видит в зачатках правовых знаний естественный элемент общей культуры. Многие молодые люди изучают право в университетах, даже и не помышляя о профессии юриста. Право является не только предметом юридического специализированного курса. Его изучение служит высшей школой ясного мышления, четкого выражения своих мыслей и упражнения в риторике. Но каждая медаль имеет и свою оборотную сторону. Изучение права во Франции парит в заоблачных высях общих правовых принципов и имеет мало общего с проблемами его практического применения. Однако, по-видимому, прав был Сорель, когда писал: "Я не могу себе представить другую такую страну, где бы гражданское право столь глубоко проникло в нравы и стало бы неотъемлемой частью духовной жизни, мира чувств и литературы всей нации"*(8).

Великобритания

Профессия правозащитника уже не менее шести веков делится в Англии на две обособленные группы, каждая из которых выполняет собственные обязанности, хотя у них имеются и некоторые общие функции. К первой группе относятся барристеры или адвокаты, ко второй - солиситоры, прежде известные под именем атторнеев.

Функции барристера (адвоката) характеризуются прежде всего тем, что он выступает в суде. Первоначально барристеры были, по-видимому, случайными подручными тяжущихся, которые по своей инициативе давали им советы и, приобретя вкус к такого рода делам, постепенно были признаны судами в качестве лиц, которые могут быть "в совете" (of counsel) с тяжущимися. Особое положение барристера сохранилось в виде пережитка в современных нормах права, согласно которым барристер не может заключить связывающего его договора о выплате ему гонорара или предъявить иск о его взыскании в судебном порядке, а также обязать своего клиента чем-либо сказанным им в суде. Согласно этим же нормам барристера нельзя привлечь к судебной ответственности за небрежность при ведении дела клиента. Хотя первоначально профессия барристера зародилась благодаря признанию его со стороны суда, но уже в течение столетий право "призывать к судебному барьеру" (calling to the bar), т.е. облекать кандидатов званием барристера, осуществляется четырьмя влиятельными и мощными корпорациями (школами-гильдиями); которые известны под общим именем "Судебных Иннов". Сюда относятся Lincoln,s Inn (Линкольнс-Инн), Middle Temple (Средний Темпль), Inner Temple (Внутренний Темпль) и Gray,s Inn (Грэйс-Инн). Эти корпорации, возглавляемые выборными старейшинами пользуются полным самоуправлением и сегодня фактически не существует парламентского акта, который подвергал бы их какому-нибудь контролю. Многое в их происхождении до сих пор остается неясным. В течение нескольких веков после возникновения Судебных Иннов их члены лично принимали клиентов либо в своих кабинетах либо в каких-либо определенных общественных местах, (как например, собор св. Павла в Лондоне) и вели без различия все их дела в целом, не ограничиваясь выступлением в суде или формальными консультациями. Однако постепенно корпорация стала приобретать более замкнутый характер как в отношении своих клиентов, так и в отношении аторнеев, которые удалились из корпорации и из тех зданий, где они прежде работали вместе. Такая аристократическая политика барристеров имела серьезные последствия. С одной стороны, это несомненно повысило их общественный престиж, позволило общаться с сановниками на более или менее равной ноге, что открыло барристерам доступ к занятию самых значительных государственных постов. С другой стороны, та же замкнутость корпорации барристеров привела к тому, что они потеряли многих клиентов, попадавших на начальных стадиях ведения всех дел к атторнеям (солиситорам), что не могло не сказаться на их материальном положении. В результате значение атторнея (солиситора) стало быстро повышаться, и вскоре атторней (солиситор) стал независимым юристом не только в небольших городах, где барристеров попросту не было, но и в Лондоне.

Сегодня барристер, в сущности, не имеет других судебных дел, кроме тех, которые ему дает солиситор, если его не привлекает к своим делам Корона или какая-нибудь корпорация.

Успешно практикующий барристер может повысить свой статус. С этой целью он должен обратиться к Лорду-канцлеру с просьбой ходатайствовать перед королевой о возведении его в ранг королевского адвоката. Королевские адвокаты - это элита барристеров, из которых выбираются судьи Высшего суда и судов графств*(9). В судах и среди коллег они пользуются особым уважением и должны при исполнении своих обязанностей облачаться в шелковые одеяния. Не случайно о новоиспеченном адвокате в Англии говорят: "Он ошелковился". Барристерская практика у королевского адвоката должна быть не менее десять лет. В 1986 г. в Англии было 5,5 тыс. практикующих барристеров, из них лишь 10% составляли королевские адвокаты, зато из их числа 90% имели свои ассоциации в Лондоне.

Cвоеобразие Англии проявляется в том, что как и много столетий назад, профессиональными организациями барристеров являются четыре равноправных школы-гильдии, о которых говорилось выше. Дела этих школ ведут старейшины - наиболее опытные и старейшие по возрасту барристеры. Большинство из них - королевские адвокаты или судьи, которые после назначения на судейскую должность остаются членами своей школы-гильдии. Наряду со школами-гильдиями существуют и другие учреждения, наиболее значительное из которых - Генеральный Совет коллегии барристеров. Являясь руководящим органом коллегии, он разрабатывает и осуществляет ее общую политику, призванную обеспечивать профессиональные интересы всего сословия.

Лицо, принятое в барристеры, продолжает оставаться членом своей школы-гильдии. Порядок вступления во все Судебные Инны таков:

1. Кандидат должен представить свидетельство об образовании и доказательства своей доброй репутации. Затем он должен оставаться в течение трех лет учащимся Инна.

2. Кандидат должен пройти определенные испытания по правовым дисциплинам, которые проводятся Советом правового образования.

После выполнения всех условий кандидат, достигший возраста 21 года, заплативший вступительный взнос порядка 180 фунтов стерлингов, становится членом Инна.

Другая ветвь профессии правозащитников - солиситоры в точном смысле слова никогда не были представителями сторон, они появились в XVI в. в связи с Судами справедливости и стали заниматься ходатайствами (to solisit - ходатайствовать) по делам тяжущихся, которым приходилось подолгу ожидать в приемных начальников Канцлерского суда. Вся эта процедура замечательно описана Ч. Диккенсом в "Холодном доме."

Исторически профессия солиситора возникла вследствие слияния нескольких прежде различных профессий, а именно атторнеев при судах общего права, солиситоров при Канцлерском суде, прокторов старых церковных судов и письмоводителей (последние до конца XVIII в. были как бы высшего ранга судейскими писцами).

После уже упоминавшегося ухода атторнеев и солиситоров из судебных Иннов, они до известной степени нашли прибежище в так называемых Канцлерских Иннах. Эти организации были, может быть, древнее Судебных Иннов, но никогда не достигали их высокого положения и влияния. К концу XVIII в. они фактически прекратили свое существование, и их место как профессиональных организаций заняло Юридическое общество (Law Society), которое теперь занимает в отношении группы солиситоров приблизительно такое же положение, как Судебные Инны в отношении барристеров. Постепенно "вымерла" профессия судейских письмоводителей, их дела перешли в руки солиситоров. И, наконец, ликвидация церковных судов по брачным делам и духовным завещаниям прекратила существование такой профессии как проктор. Таким образом, все группы правозащитников, за исключением барристеров, слились в одно сословие и получили на основании Акта о судоустройстве 1873 г. официальное название солиситоров Высшего суда.

Сегодня типичный английский солиситор - самостоятельный адвокат, который лично или в сотрудничестве с другими солиситорами консультирует своих клиентов по юридическим вопросам. Он ведет их дела с земельной недвижимостью, составляет договоры и завещания, берет на себя управление наследственным имуществом и дает рекомендации по вопросам налогообложения, страхования, конкуренции и предпринимательства. Кроме того, солиситоры правомочны принимать необходимые меры для начала судебного процесса.

В 1986 г. в Англии Юридическое общество (Law Society) объединяло более 85% из 46 тыс. практикующих солиситоров, половина из которых работала самостоятельно или в партнерстве, а остальные были оплачиваемыми партнерами или ассистентами в крупных юридических фирмах, в местных органах власти или в торгово-промышленных компаниях. В этот период существовало более 7,5 тыс. солиситорских контор. Несколько очень крупных солиситорских контор в Лондонском Сити имели 40-50 и более служащих (о крупных юридических фирмах мы будем более подробно говорить позднее).

Для описания юридического образования в Англии представляется правильным сослаться на работу К. Цвайгерта и Х. Кетца "Введение в сравнительное правоведение в сфере частного права".

"Английскому юридическому образованию присущи черты, которые вызывают удивление иностранного наблюдателя. Его предназначение не в том, чтобы воспитывать профессиональных судей, как в Германии и частично во Франции, а в том, чтобы готовить профессиональных адвокатов. Это подтверждается и тем фактом, что в Англии нет "карьерных судей". Судьей может стать добившийся большого успеха и практикующий на протяжении долгого времени адвокат. Из раздвоенности юридической профессии далее следует, что солиситоры и барристеры получают разное образование и сдают разные экзамены"*(10).

Исследователи подчеркивают: тот факт, что солиситоры и барристеры получали образование и сдавали экзамены не в государственных учреждениях или университетах, а в таких сословных профессиональных организациях, как школы-гильдии или Юридическое общество, объясняется особенностями исторического развития юридического сословия Англии. Почти во всех английских университетах читают курс права, и студенты после трех лет обучения обычно получают степень бакалавра права, а в Оксфорде и Кембридже - бакалавра искусств. В наши дни большинство барристеров и солиситоров имеют университетскую степень, однако этого далеко не достаточно для квалификации в качестве профессионального юриста. С другой стороны, не обязательно, чтобы университетское образование было юридическим, а наличие университетской степени бакалавра права само по себе также не дает права ее обладателю заниматься профессиональной юридической деятельностью. Степень бакалавра права просто освобождает выпускника от сдачи экзаменов по ряду правовых дисциплин в школе-гильдии.

Из студентов-солиситоров Юридического общества в 1986 г. 75% имели университетское юридическое образование, около 15% - неюридическое университетское образование и 9% вообще не имели университетского образования. Ныне школы-гильдии решили принимать в студенты (bar-students) только лиц с университетским образованием, правда, не обязательно юридическим.

После получения университетского образования будущий солиситор должен прослушать и сдать девятимесячный курс лекций в юридическом колледже, каковой является специализированной юридической школой лондонского Юридического общества, или в специализированных политехнических школах в провинции или в Лондоне. Обязательными предметами здесь являются те, которые ближе всего связаны с практикой, такие как оформление сделок с земельной собственностью, управление недвижимостью, налоговое, торговое, наследственное и корпоративное право. После сдачи выпускных экзаменов молодой солиситор обязан пройти двухгодичную ученическую практику в одной из солиситорских контор, в которой он в качестве ее служащего (article clerk) выполняет свою работу в порядке платы за обучение профессии солиситора. По окончании срока ученичества молодой юрист принимается в число солиситоров.

Однако и после этого он сможет заняться самостоятельной адвокатской практикой или стать партнером солиситорского коммерческого товарищества лишь после трех лет работы помощником солиситора. Такой порядок призван служить защитной мерой от возможной безответственности и неопытности молодых юристов.

Барристеров обучают по аналогичной схеме. Лица с юридическим университетским образованием должны быть зачислены в одну из школ-гильдий и пройти годичный курс обучения в так называемой "школе права" при ней. После сдачи экзамена выпускник в течение года "тянет лямку" в качестве ученика в одной или нескольких барристерских конторах. Оставшуюся часть своей учебной практики он может работать на себя.

Студент школы-гильдии обязан провести определенное число так называемых "обеденных сессий". Ежегодно таких сессий должно быть как минимум четыре продолжительностью в три недели каждая. В течение этого срока студенты должны принимать участие в традиционных трапезах в столовой своей школы-гильдии. За одну сессию необходимо отобедать по крайней мере три раза. Но чтобы быть принятым в барристеры, требуется провести восемь сессий, т.е. принять участие в двадцати четырех сессионных трапезах. В давние времена совместные застолья служили средством для установления контактов между барристерами и их учениками. Они вели беседы на юридические темы и устраивали учебные игры. Ныне подобная практика, особенно из-за возросшего числа студентов, потеряла свой смысл. "Сегодня трудно найти студента, который считал бы для себя ценными или полезным ритуальные обеды в трапезной. Говорят, что пища скудная или плохого качества либо и то и другое, а разговоры - пустая трата времени. Но школы-гильдии требуют этого, и студент вынужден пройти через эту бессмысленную процедуру", - пишут К. Цвайгерт и Х. Кетц. После выпускного экзамена старейшины школы-гильдии в торжественной обстановке присваивают кандидату звание барристера и принимают его в свое сословие.

В Англии не утихает дискуссия о целесообразности сохранения в будущем "раздвоения" юридической профессии. В пользу разделения говорит тот факт, что специализация барристеров на адвокатской деятельности выгодна как тяжущимся сторонам, так и судам. Для первых эта выгода заключается в том, что барристер рассматривает дело со стороны, видит его свежим взглядом и ведет его во всеоружии постоянной практики и умудренный опытом произнесения защитительных речей, а для судов - в том, что доверительное и тесное сотрудничество с адвокатами облегчает их работу, особенно если судьи имеют дело с определенным кругом опытных специалистов. Отрицательную сторону разделения юридической профессии видят в удлинении и удорожании процесса, так как одно и то же дело ведут два юриста то одновременно, то передавая его друг другу. Очевидно одно: за разделением юристов на солиситоров и барристеров стоит серьезная экономическая заинтересованность обеих групп в сохранении статус-кво. И благодаря этому, как показывает спор вокруг проблемы распространения компетенции судов графств на бракоразводные процессы, становится возможным создавать препятствия реализации реформы судебной системы, уже назревшей с точки зрения общественных интересов, или затягивать ее. Польза от специализации как таковой в рамках юридической профессии - касается ли она сделок с земельной недвижимостью или ведения судебного процесса, - видна невооруженным глазом. Вопрос лишь в том, являются ли виды и степень такой специализации следствием существования жестких регулирующих норм, как в Англии, или свободной игры рыночных сил, как на Европейском континенте и в США.

Королевская юридическая комиссия, в течение нескольких лет изучавшая все "за" и "против" слияния обеих адвокатских профессий, пришла к окончательному выводу о сохранении существующей системы и единогласно проголосовала за это. Комиссия также проверила и многочисленные нормы "кодексов поведения" барристеров и солиситоров, ограничивающих конкуренцию между ними, и нашла, что они находятся в полном соответствии с общественными интересами*(11).

США

Количество американских юристов самое большое в мире. Недалек тот день, когда их число достигнет отметки 1 млн человек. Давно миновали времена, когда в США было очень мало адвокатов, но они ни на секунду не оставляли попыток увеличить свои ряды и, несмотря на первоначальную враждебность по отношению к ним (особенно со стороны священников) они добились своего. Ни в одной стране мира адвокаты не играют такую важную роль, как в США. Ни одна профессия не дала Соединенным Штатам такого большого числа президентов и государственных деятелей. Это Авраам Линкольн, Франклин Д. Рузвельт, Р. Никсон, Б. Клинтон и еще десятки тех, кто был до них и придет им на смену. Этому явлению есть объяснение: с начала XIX в. правовая деятельность стала лучшим способом выйти на первые роли в американском обществе, средством продвинуться наверх. Европейские эмигранты привезли с собой унаследованные на родине правовые традиции и привычки. Наиболее сильное влияние на становление американской судебной системы оказала Англия. Ее влияние было настолько велико, что некоторые штаты США (Нью-Йорк, Нью-Джерси, Массачусетс, Вирджиния) по примеру деления английских адвокатов на барристеров и солиситоров ввели ранги и классы адвокатов, отдаленно напоминающие английскую систему. Однако в середине XIX в. эти различия нивелировались, и в США осталась единственная категория правозащитников - адвокаты. Первоначально стать адвокатом было довольно просто. Процедура допуска к адвокатской профессии в ХIХ в. существенно отличалась от сегодняшней. До 1800 г. не существовало юридического образования в современном его понимании. Дорога к адвокатуре была открыта через ученичество. Молодой человек, который хотел стать адвокатом, "читал закон" в юридической конторе, а затем сдавал экзамен на допуск, который в большинстве штатов нельзя было назвать трудным. Некоторые штаты (например, Индиана) вообще на некоторое время отказались от экзамена. Правовое образование школьного типа крайне медленно, но развивалось. Первый его вариант представлял собой особый вид службы в качестве клерка. Это происходило следующим образом: некоторым адвокатам нравилось учить клерков, и им удавалась эта работа. Они тратили все меньше времени на клиентов, и все больше - на своих клерков. "Лишних" клерков они брали за плату специально для того, чтобы обучать их праву. Нередко юридическая практика в таких конторах постепенно сходила на нет, и бывшая контора превращалась в школу. Не было никаких специальных требований к поступающим и предварительных условий. Полный курс обучения занимал чуть больше года: с понедельника по пятницу - лекции, в субботу - зачеты.

Первым американским университетом с отдельным факультетом права стал Гарвард, а первыми преподавателями Гарвардской школы права - адвокаты и судьи. Джозеф Стори, член Верховного Суда США, ректор Гарвардской школы права, который, кстати ввел в правовой оборот термин "международное частное право", коренным образом изменил порядок подбора преподавателей и в первую очередь начал ориентироваться на теоретиков права. Д. Стори практиковал в обучении студентов прецедентный метод. К XX в. гарвардский прецедентный метод подготовки студентов-юристов получил всеобщее распространение.

Юридические школы постепенно вытеснили практическую систему обучения, ведущую в адвокатуру.

В 1981 г. Американская ассоциация адвокатов наделила полномочиями на подготовку юристов 181 юридическую школу. Обратим внимание, что правом наделения юридических школ полномочиями на право осуществлять подготовку юристов обладает только Американская ассоциация адвокатов. В настоящее время действуют более 200 школ права. Хотя они и называются по-разному, их учебные программы очень похожи, они предъявляют к поступающим одинаковые требования: для поступления в юридическую школу обязательно окончание колледжа и прохождение теста. Этот тест действует с 50-х гг. ХХ в. Для поступления практически во все юридические школы обязателен широкий кругозор. Лучшие общенациональные американские правовые школы: Гарвард, Йель, Чикаго, Стэнфорд, Беркли. Среднегодовая стоимость обучения в такой школе составляет порядка 8-10 тыс. долларов, но затраченные на обучение суммы себя оправдывают, так как ведущие американские юридические фирмы принимают к себе на работу выпускников только этих правовых школ.

Американцев отличает страсть к объединению, и адвокаты не исключение. Американская адвокатура не имела строгой и последовательной организации до 1870 г. Первой современной адвокатской организацией явилась Ассоциация адвокатов Нью-Йорка. Несколько позже, в 1878 г., было образовано национальное сообщество - Американская Ассоциация адвокатов. В своем развитии Ассоциация пережила непростые времена, неоднократно она демонстрировала крайнюю реакционность. Так, например, в 1950 г. Ассоциация решила, что все адвокаты должны подтвердить свою лояльность по отношению к "антикоммунистической вере"*(12).

С тех пор утекло много воды, но до сих пор Американская Ассоциация адвокатов не является организацией, охватывающей всех американских адвокатов. Членство в Ассоциации добровольное, ныне в ней состоит около половины практикующих адвокатов. Ассоциация является общенациональной организацией адвокатов, существуют также ассоциации в штатах, округах, городах. В большинстве штатов адвокатура стала "интегрированной", т.е. адвокат не может практиковать, пока не присоединится к адвокатуре штата.

Структура занятости американских адвокатов в принципе ничем не отличается от других стран. Тысячи адвокатов работают сами по себе, тысячи других объединены в адвокатские фирмы среднего размера, большое количество адвокатов трудятся в крупных юридических фирмах. К наиболее известным и значительным американским и международным фирмам американский National Law Journal. (1999) отнес следующие компании.




┌────────────────────────────────────────┬──────────────────────────┬──────────────────────────────┐

│              Фирма                     │        Город             │Годовой доход в млн. долл. США│

├────────────────────────────────────────┼──────────────────────────┼──────────────────────────────┤

│Skadden,Arps,State,Meagher&Flom         │        Нью-Йорк          │            890               │

├────────────────────────────────────────┼──────────────────────────┼──────────────────────────────┤

│Baker&McKenzie                          │        Чикаго            │          784.5               │

├────────────────────────────────────────┼──────────────────────────┼──────────────────────────────┤

│Clifford&Chance                         │        Лондон            │          691.2               │

├────────────────────────────────────────┼──────────────────────────┼──────────────────────────────┤

│Jones,Day,Reavls,&Pogue                 │        Кливленд          │            530               │

├────────────────────────────────────────┼──────────────────────────┼──────────────────────────────┤

│Latham&Watkins                          │        Лос-Анжелес       │            502               │

├────────────────────────────────────────┼──────────────────────────┼──────────────────────────────┤

│Linklaters                              │        Лондон            │            484               │

├────────────────────────────────────────┼──────────────────────────┼──────────────────────────────┤

│Davis Polk&Wardell                      │        Нью-Йорк          │            464               │

├────────────────────────────────────────┼──────────────────────────┼──────────────────────────────┤

│Freshfields                             │        Лондон            │            435               │

├────────────────────────────────────────┼──────────────────────────┼──────────────────────────────┤

│Sullivan&Cromwell                       │        Нью-Йорк          │          426.5               │

├────────────────────────────────────────┼──────────────────────────┼──────────────────────────────┤

│Sherman&Sterling                        │        Нью-Йорк          │          425.5               │

└────────────────────────────────────────┴──────────────────────────┴──────────────────────────────┘



С.А. Деханов,

адвокат, кандидат юридических наук


вверх