назад
04 августа 2016 23:13 / Москва

Незаконное предпринимательство и мошенничество

Незаконное предпринимательство и мошенничество

Горелов А.

А. Горелов, кандидат юридических наук.

Изучение судебной практики по делам о незаконном предпринимательстве показывает, что следственные органы зачастую квалифицируют действия лица, совершившего преступление, предусмотренное ст. 171 УК РФ, по совокупности со ст. 159 УК. Суд же, как правило, уголовное преследование в части обвинения в незаконном предпринимательстве прекращает.

Так, Ф., используя поддельные документы, зарегистрировал коммерческую организацию, от лица которой заключал договоры купли-продажи автомобилей с гражданами, обязательств своих не выполнял, маскируя преступную деятельность формой сделок, обманом завладевал средствами граждан. В другом случае Т., индивидуальный предприниматель, в нарушение ст. ст. 16 и 18 Федерального закона от 22 ноября 1995 г. "О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции" и иных актов, устанавливающих, что розничная продажа алкогольной продукции осуществляется только при наличии соответствующих лицензий, не имея такой лицензии, осуществлял продажу в розницу изготовленной им самим спиртосодержащей продукции под маркой хорошо известных производителей водки. В обоих случаях обвинение было предъявлено - помимо прочего - по ст. ст. 159 и 171 УК. Суд, однако, посчитал, что в действиях этих лиц усматривается только состав мошенничества.

Ряд ученых поддерживают приведенную выше позицию следствия. Согласно их точке зрения действия лиц, изготовивших смесь спирта и воды и реализующих ее под видом водки, соответствующей ГОСТу, надлежит квалифицировать как по ст. 159, так и по ст. 171, поскольку содеянным нарушаются самостоятельные объекты, защищаемые каждой из названных статей. Данными действиями, как полагают эти исследователи, во-первых, причиняется ущерб собственнику-покупателю путем введения его в заблуждение относительно качеств покупаемого им товара - он вынужден платить за то, что в ином случае вообще не приобрел бы. И, во-вторых, нарушается определенный законом порядок осуществления предпринимательской деятельности. Сомнения в правильности такой квалификации, связанные с тем, что в этом случае предметом хищения выступают средства, уплаченные за якобы настоящую водку, одновременно являющиеся доходом от незаконного предпринимательства, они не считают достаточным основанием для отказа от своей позиции <*>.

--------------------------------

<*> См., напр.: Пастухов И.Н., Яни П.С. Неуплата налогов и незаконное предпринимательство: уголовная ответственность. М., 2002. С. 111.

Приведенная точка зрения представляется спорной. Рассмотрим ситуацию подробней на том же примере изготовления и реализации поддельной водки. Квалифицируя эти действия по ст. 171 УК, следствие исходит из того, что такая деятельность осуществляется без лицензии и зачастую без регистрации субъектов предпринимательства. Защита обычно возражает следствию, ссылаясь на то, что закон не может разрешать (лицензировать) производство алкогольных смесей под видом водки и поэтому на данную деятельность и не могла быть получена лицензия. Не был бы и зарегистрирован субъект предпринимательства, который указал бы в учредительных документах, что собирается заниматься таким "бизнесом".

Однако это соображение защиты само по себе не является аргументом в пользу того, что лицу не может быть вменен состав незаконного предпринимательства. Ведь если бы изготовившее и продававшее спиртосодержащую продукцию лицо не обманывало покупателей относительно качества продукта, не наклеивало бы поддельных этикеток известных производителей и т.д., т.е. не вводило бы в заблуждение относительно продаваемого товара, полученная в результате самоизготовления смесь отвечала бы достаточно широкому определению алкогольной продукции. Под ней в ст. 2 Федерального закона "О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции" понимается пищевая продукция, произведенная с использованием этилового спирта, произведенного из пищевого сырья, с содержанием этилового спирта более 1,5 процента объема готовой продукции. Поэтому в последнем случае такие действия могли бы охватываться ст. 171 УК.

На самом деле рассматриваемые действия, сопряженные с обманом потребителей алкогольной продукции, не могут квалифицироваться по ст. 171 УК по другим основаниям. Лицо, совершая хищение в форме мошенничества, желает, конечно, получить выгоду. Однако такую выгоду нельзя назвать прибылью, цель извлечения которой является обязательным содержательным признаком предпринимательской деятельности, в отличие от которой деятельность мошенническая законом позитивно не регулируется, не дозволяется, не может быть зарегистрирована и лицензирована.

Еще один довод. Мошенничество не отвечает определению предпринимательской деятельности - ни законной, ни незаконной. Ведь преступление, предусмотренное ст. 171 УК, не соответствует закону лишь по формальным обстоятельствам: деятельность, требующая регистрации и (или) лицензирования, осуществляется без соблюдения этих условий. Однако по содержательным признакам она отвечает определению предпринимательства, содержащемуся в ст. 2 ГК РФ: прежде всего она направлена на получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг. Эта деятельность состоит в том, что лицо, занимающееся ей, совершает различные сделки.

В том же случае, когда лицо продает под видом водки самодельную жидкость, содержащую алкоголь, либо когда оно маскирует обманное изъятие имущества якобы заключенным договором, сделка места не имеет. Такие действия с точки зрения уголовного закона являются таким же хищением, как кража, разбой, грабеж. Хищение в форме мошенничества представляет с позиций гражданского закона гражданско-правовой деликт, и им причиняется ущерб лицам, которых обманывают: в первом примере относительно того, что за свои деньги они получат автомобиль, а во втором - относительно качества товара. Указанный ущерб причиняется именно деликтом, а не неисполнением договорных обязательств, это самостоятельные гражданско-правовые основания для требований о его возмещении потерпевшей стороной. Таким образом, у мошенничества и незаконной предпринимательской деятельности различная гражданско-правовая природа.

 

вверх